Крестовые походы современности

Писатель, публицист Владимир Контровский - о традиции "крестовых походов" 20-21 вв.
Специально для ИДЭК

Подготовка к публикации Александр Трубников a.k.a Monfore

«Запад есть Запад, Восток есть Восток, и вместе им не сойтись…»

Классические крестовые походы – это серия военных кампаний христианского Запада (Европы) против мусульманского Востока, начавшихся в XI веке. Помимо причин политического и экономического характера, крестовые походы имели ярко выраженную религиозную окраску и проходили под знаменем «освобождения гроба господнего от неверных». Сами по себе религиозные войны – не столь уж необычное явление в истории человечества, однако можно сказать, что в столкновении мусульманского Востока и христианского Запада встретились два миропонимания, две системы мироощущения и миропорядка. Как сказал Киплинг: «Запад есть Запад, Восток есть Восток». Отметим эту важную особенность как имеющую значение для дальнейших рассуждений и выводов.
Впрочем, крестовые походы бывали и другими – в роли «неверных» выступали не только мусульмане. Планомерный и многовековой «Дранг нах остен» нёс католицизм язычникам и православным, приводя строптивых к покорности, а упорствующих в «ереси» попросту вырезая под корень (как, например, было полностью уничтожено племя пруссов, давшее название Пруссии).
Словосочетание «крестовый поход» стало нарицательным: этим термином начали обозначать широкомасштабные военные (и не только военные) акции, направленные против каких-либо этнических групп и даже целых стран. Имя господне оказалось весьма удобным лозунгом: на пряжках ремней солдат вермахта красовалось сакраментальное «Gott mit uns!» – «С нами бог!».
К концу XIX века традиционный противник креста – полумесяц – перестал быть ему реальной угрозой. Восток превратился в гирлянду колоний и полуколоний (в основном под могучей лапой британского льва) и в источник сырья для формирующейся глобальной социально-экономической системы западного типа. Называлась эта система по-разному, но по сути представляла собой организованную власть олигархического капитала, силившегося подмять под себя всю планету.
И тут происходит сильнейший социальный взрыв в России, в результате которого на мировой арене появляется государство нового типа (не будем рассматривать его достоинства и недостатки, отметим только, что оно было антагонистично по отношению к сложившейся на Западе государственной системе). И термин «крестовый поход» вновь оказался очень даже востребованным – для формулировки «крестовый поход против большевизма».
И этот термин был снова озвучен. Сначала Рейган провозгласил «Крестовый поход против коммунизма», затем его идейный преемник Джордж Буш-младший заговорил о «Крестовом походе против Оси зла». Однако, несмотря на то, что в «Ось зла» зачислены Северная Корея и некоторые другие малые страны, острие военного удара Буша направлено против исламского мира. Буш прямо заявил: «Бог велел мне напасть на Ирак и уничтожить Саддама» (такую цитату президента США приводит в своей статье «Божественная миссия Джорджа Буша» в журнале «Метрополис» журналист Крис Флойд).
Набирающий силу многолюдный Восток (к тому же заработавший огромные деньги на экспорте нефти) снова стал представлять собой угрозу дряхлеющему Западу, и поэтому не случайно вновь вошло в обиход историческое клише: образ воина-крестоносца – крестовые походы объявлялись римскими папами против мусульман и (в меньшей степени) против «схизматиков»-православных. И если мыслить в рамках «крестовых походов», то Израиль, созданный по инициативе дальновидных западных политиков, безусловно, очень напоминает Иерусалимское королевство – плацдарм крестоносцев в Святой земле, нуждающийся в постоянной подпитке извне. А все разговоры об «исконных землях обетованных» – это всего лишь словесный туман, реализация принципа «слова существуют для того, чтобы скрывать мысли».
Рейган, а за ним и Джордж Буш старались выступать от имени всей христианской цивилизации. Однако проблема в том, что понятия «Запад» и «христианство» уже давно не являются синонимами, да и христианство далеко не едино (впрочем, как и ислам). Сам Папа Римский Иоанн Павел II извинился за крестовые походы перед мусульманами.
Религиозные «разногласия» давно уже не являются самодовлеющими (по крайней мере, со стороны стран Запада). Гораздо более важными представляются экономические и социальные противоречия, и здесь, похоже, Запад и Восток непримиримы. Вся западная экономическая система построена на ростовщичестве (а чем же, как не ростовщичеством, является пресловутый банковский процент, служащий вечным детонатором инфляции?), а Коран, как известно, считает ростовщичество смертным грехом. Властители Запада смотрят сквозь пальцы на ношение хиджаба и на совершение намаза, но не потерпят даже малейших посягательств на своё святая святых – куда уж тут «гробу господнему»… И поэтому есть все основания полагать, что широкомасштабное столкновение Востока и Запада (терроризм и интифада – это ещё цветочки) неизбежно. А будет ли новая битва при Хаттине (с неясным исходом) иметь апокалиптические последствия или этого удастся избежать – сказать трудно.

Заклятые друзья

В исторической ретроспективе отношение Запада к России практически всегда было неизменно враждебным (особенно со стороны Британии – прародительницы Соединённых Штатов Америки, ставших центром распространения «нового мирового порядка»). Именно к России вообще, вне зависимости от того, кто правил в нашей стране: царь, генеральный секретарь или президент, и какими бы ни были политические приоритеты Российской империи, Советского Союза или нынешней Российской Федерации.
В фултонской речи Черчилля в 1946 году вырвалось наружу зло, десятилетиями и веками зревшее в лондонских и вашингтонских коридорах власти. Почему озвучивание тайных замыслов Запада поручили именно Уинстону Спенсеру Черчиллю? Ведь прошло всего чуть больше семи месяцев, как британские избиратели дисквалифицировали политику консерваторов и отправили Черчилля в отставку. Почему как раз его американцы выводили для такого случая на свет божий? Ответ прост – в англо-саксонском сообществе сложно было отыскать другого деятеля, который столь полно воплощал собой русофобию.
Еще во время Первой мировой войны герцога Мальборо терзали заботы, как бы сконцентрировать главные силы кайзеровской Германии на разгроме царской России, а самому Альбиону уйти от выполнения обязательств, взятых в рамках Антанты. Это Черчилль в 1918 году призывал расчленить нашу страну на «сферы действия», который должны были завершиться распадом российского многонационального государства, а затем деятельно окружал Советскую Россию «кольцом бешено ненавидящих большевиков стран».
На языке Черчилля и его единомышленников сие занятие звалось «продолжением Крымской войны 1853-1856 годов». Антикоммунистическая риторика, бушевавшая после октябрьской революции, сути не меняла. Лондон, как, впрочем, и Вашингтон присягнули русофобии задолго до свержения в России самодержавия. Стремление вытолкнуть Россию из круга мировых держав окрашивало подходы патентованных «демократий» ко всем мало-мальски значимым региональным и глобальным проблемам на протяжении всего ХХ века.
Трумэну требовалась одиозная личность, чтобы освятить доктрину «пакс Американа», заявку на гегемонию в мировых делах. Наряду с опробованной временем русофобией главу Белого дома прельщал в Черчилле редкий цинизм. В пользу Черчилля, с точки зрения Трумэна, говорило и то, что в ходе войны никто больше Черчилля не сделал для того, чтобы сорвать организацию Второго фронта в 1942 и 1943 годах и тем самым затягивать войну, с олимпийским спокойствием наблюдая, как в ожесточенных схватках немцы и русские обескровливают друг друга. В этом смысле концепция британского премьера перекликалась с подходами Трумэна, который в июне 1941 года изрек: «если будут побеждать немцы, стоит помогать русским, если верх будут брать русские, надо помогать немцам, и пусть они убивают друг друга как можно больше».
Антисоветская, русофобская нацеленность политики Лондона и части американского истеблишмента проявилась на завершающем этапе войны. В марте 1945 года Черчилль отдал приказ собирать трофейное немецкое оружие и складировать его для возможного использования против СССР. Тогда же им был отдан приказ о разработке операции «Немыслимое» – плана войны против Советского Союза, которая должна была начаться 1 июля 1945 года силами примерно 100 дивизий, включая 12 дивизий вермахта, что сдались англичанам и нерасформированными были переведены в лагеря в земле Шлезвиг-Гольштейн и южной Дании. Там их держали в готовности до весны 1946 года.
Черчилль приложил немало стараний, дабы вовлечь в «Немыслимое» Трумэна, принявшего президентский пост после кончины (12 апреля 1945 года) Франклина Рузвельта. 23 апреля 1945 года Трумэн на встрече с политическими и военными советниками изложил свое видение момента и ближайших перспектив: Советский Союз сыграл свою роль в американском сценарии завершающейся мировой войны; пора подводить черту под антигитлеровской коалицией; Соединенные Штаты без ассистентов вынудят Японию капитулировать. Если бы не категорическое несогласие ведущих военачальников США, черчиллевское «Немыслимое» могло обрести зловещие черты реального и мыслимого. Не исключено, что и с ядерным акцентом.
Философия «холодной войны» вызревала под аккомпанемент сражений Второй мировой. Можно констатировать, что Вашингтон всерьез рассчитывал капитализировать своё огромное экономическое превосходство, соединенное с обретенной военной мощью, дабы превратить остаток ХХ столетия в «американский век». Намерение породило мутанта – политика не позже весны 1945 года превратилась в продолжение войны иными средствами.
И завертелась милитаристская карусель. В сентябре-октябре 1945 года принимаются решения, программировавшие вооруженные силы США на «нанесение первыми удара по источнику угрозы нападения». При этом особый упор делался на внезапность превентивного удара как «единственной гарантии успеха», на «мгновенный парализующий удар». В ноябре штабы выдают «исследовательский» документ, в котором назывались 20 советских городов как возможные цели атомного нападения. Не обязательно в ответ на предполагавшееся нападение СССР – первый удар замышлялся также при обнаружении «признаков обретения врагом способности в процессе его промышленного и научного развития атаковать США или обороняться против нашего (американского) нападения».
5 января 1946 года между президентом Трумэном и госсекретарем Бирнсом состоялся «разговор по принципам». Нам компромиссы не нужны, подчеркнул Трумэн, у нас свои задачи, свои цели, и нужно твердо вести линию на «пакс Американа». Собственно, 5 января 1946 года и есть, хотя и условная, но дата провозглашения «холодной войны». Возможно, нелишне добавить, как Трумэн интерпретировал этот род занятий. По его словам, «холодная война» – эта та же война, которая ведется другими средствами.

Рука Ватикана и Россия – «загадочный сфинкс»

Известно, что крестовые походы проводились с благославления папского престола. Не стали исключением и «крестовый поход» против СССР. Папа Иоанн Павел II был одним из главных разрушителей Советского Союза – Папа выполнил своё предназначение по уничтожению СССР, как государства-носителя русской цивилизации, русского православия и русского коммунизма. Перед тем как отойти в лучший мир, он (и как поляк, и как католик) успел насладиться еще одной победой – воцарением в Киеве прозападного президента Виктора Ющенко.
Не секрет, что в свое время избрание кардинала Войтылы на Святой Престол имело совершенно конкретную цель: дестабилизация советского блока через Польшу – наиболее слабое и идеологически зависимое от Ватикана государство. И эту задачу Кароль Войтыла выполнил блестяще: он сделал Польшу источником яда, которым Запад смазал свое оружие, нацеленное на Россию. Благодаря неуязвимой для светских властей вертикали церковной власти уже к 1979 году в Польше удалось организовать волну беспорядков – в том числе и вооруженных, – которые закончились введением военного положения. Примерно в то же время другой поляк – Збигнев Бжезинский – произвел ритуальный выстрел из винтовки с пакистанской границы.
Свою историческую миссию Иоанн Павел II подтвердил личным договором с другим врагом России и строителем «Нового Мирового Порядка» – президентом США Рональдом Рейганом, реализовывавшим план Уильяма Кэйси. Объявленный Рейганом «Крестовый поход против коммунизма» не был просто рекламным слоганом – это был самый настоящий крестовый поход, получивший благословение Папы, подобный крестовому походу на Русь Тевтонского Ордена, отраженному Александром Невским. И на этот раз крестовый поход достиг успеха.
Анализируя исторические события, поневоле задаёшься вопросом: что же является причиной очень устойчивой и многолетней неприязни, мягко говоря, Запада к России? Вряд ли ею может быть только конфликт между православием и католицизмом – в современном мире социальные и экономические приоритеты, как уже упоминалось, господствуют над религиозными. И вряд ли тень «Империи Зла» так уж сильно беспокоит прагматичных властителей Запада: похоже, причина кроется в самой сути «загадочного сфинкса» – России.
Для русского (и славянского) менталитета чужды идеалы, принятые Западом. Для русских вождь-ярл, князь-воитель, военный аристократ (воин вообще) всегда был куда более притягательной и почитаемой личностью, нежели успешный торговец (то есть бизнесмен). И поэтому Россия потенциально является очагом возникновения чего-то своего, отличного от уже существующего «в мировом масштабе». И с этой опасностью умные «правители мира» не могут не считаться. Никто из них и не подумает поддерживать баскских, ирландских или каких-либо других сепаратистов, а вот любые центробежные процессы в России тут же вызывают живейший интерес у всего «мирового сообщества» и немедленную поддержку под лозунгом «помощи свободе и демократии».
И отношение пресловутого «мирового сообщества» к Китаю, также не слишком вписывающемуся в «глобальную модель» (волнения в Тибете, наверняка не оставшиеся без помощи извне, и скандальная суета вокруг олимпийского огня) подтверждает высказанное предположение об истинных причинах «пылкой любви» Запада к России. Так что есть все основания говорить о новом крестовом походе глобалистов против всех «еретиков», упрямо не желающих радостно принять навязываемую им социально-экономическую структуру.
«Холодная война», не перешедшая в «горячую» фазу только благодаря достигнутому СССР военному паритету с США, окончилась победой Запада и распадом Советского Союза. Казалось бы, победителям можно спокойно почивать на лаврах – «Империя Зла» сокрушена идеологическими и экономическими методами. Ан нет, не тут-то было – несмотря на то, что «призрак коммунизма» больше не бродит по Европе, война против России продолжается (во всех её формах, за исключением – пока – прямой военной агрессии). И «новые крестоносцы» отнюдь не собираются вкладывать клинки в ножны.
И в новом Ледовом побоище – скажем, в Северном Ледовитом океане (вспомним ажиотаж, возникший в мире в связи с вопросом о природных богатствах Арктики), – вполне могут скреститься ядерные мечи (а это уже куда более реальная угроза Армагеддона, нежели «новый Хаттин»).

25 мая 2008 года

Недостаточно прав для комментирования